Тема борисоглебского мусорного апокалипсиса далеко не нова. Общегородская свалка в двух километрах от военного аэродрома знаменитого чкаловского училища, выпустившего триста Героев Советского Союза, появилась по распоряжению местных властей в далеком 1996 году. По существовавшим тогда законам все было правильно, затем нормы безопасности ужесточились. Зона отчуждения аэродромов, в которой недопустимо нахождение мусорных полигонов, коровников и тому подобных объектов, привлекающих внимание пернатых, теперь составляет 15 километров. Сосуществование аэродромов и свалок на близком расстоянии невозможно в принципе. Птицы «сбивают» самолеты. Известно о пяти столкновениях под Борисоглебском с 2012 по 2016 год. Более поздние данные не обнародовались или больше столкновений не было. 

Многочисленные попытки согласования несогласовываемого оставили полигон вне правового поля надолго, если не навсегда. Борисоглебские власти даже пытались военных заставить подписать согласование через суд, но проиграли. Последнее решение – в июле 2020 года. С тех пор полигон незаконен и его необходимо закрывать. Но, как оказалось, такой неправовой статус очень удобен для ведения нелегального бизнеса. Масштабная проверка Центрально-Черноземного Росприроднадзора, включавшая спутниковые снимки местности, обнаружила рядом с официальным полигоном настоящую черную мусорную дыру, куда с 2015 года свозили запрещенные отходы (шины, лом, лакокрасочные отходы и др.) не только из соседних районов, но и соседних областей – Саратовской (город Балашов) и Волгоградской (Урюпинск). Разумеется, ни одна машина с мусором не оставалась необилеченной. В какой-то момент с этой ямой решили завязать и присыпали все тонким слоем грунта. Общий ущерб природе от такой безответственной деятельности насчитали в размере 580 миллионов рублей. Сейчас в полиции и следственном комитете синхронно рассматриваются сразу два материала доследственной проверки. В полиции по ущербу окружающей среде (ч. 1 ст. 254 УК). В следственном комитете проводится проверка в отношении главы Борисоглебского района Андрея Пищугина по возможным злоупотреблениям (ч. 2 ст. 286 УК) при строительстве мусороперерабатывающего комплекса, который уже как три года не могут ввести в строй после завершения строительства и сдачи в эксплуатацию. Нет лицензии, не определена эксплуатирующая организация, не установлен тариф.

Почему борисоглебские власти решили сделать из своего города межрегиональную помойку, и чем все это грозит, а главное - есть ли выход из мусорного коллапса, мы попробуем разобраться в этом материале. 

Нелегальная черная мусорная дыра находится внутри сразу двух «бермудских» треугольников. Первый треугольник – малый. Официальный полигон – «новое» кладбище – военный аэродром. Кладбище нам интересно только в том смысле, что его постоянно приплетали в переписке с военными. Мол, птицы прилетают не с полигона, а с кладбища. Гнилая отмазка, чтобы изображать видимость аргументации. А то, что борисоглебские власти устроили кладбище на смежном участке с мусорным полигоном, лишний раз подчеркивает их отношение не только к живым, но и к мертвым. Это так не по-русски. И так по-русски. 

Конечно, борисоглебский полигон не единственный в стране объект, соседствующий с военными аэродромами, но, возможно, самый крупный. Во всяком случае, руководитель федерального Росприроднадзора Светлана Радионова о борисоглебской проблеме упоминала в личном блоге. 

Второй треугольник – большой. В него входят три крупных уездных города – Борисоглебск (60 тысяч человек), Балашов (74 тысячи) и Урюпинск (36 тысяч). Эти три города расположены довольно далеко от своих областных центров. Гораздо дальше, чем друг от друга. Губернского контроля за ними поменьше, а межрегиональные связи довольно устойчивы. Достаточно вспомнить, какую роль играли десять лет назад волгоградские гастролеры во время антиникелевых протестов на воронежском Хопре. Очень удобно, переехал почти невидимую границу областей, и ты, считай, в другой юрисдикции. Те грешки, которые ты совершил на «чужбине», местных правоохранителей не особо интересуют. Если не вляпаться во что-то серьезное. А сгрузить машину с запрещенным мусором по соседству с официальным полигоном – в этом же ничего серьезного нет. Да и не обязаны водители разбираться, где кончается официальная свалка, а где начинается неофициальная. 

Еще надо сказать, что долгое время такое межрегиональное перемещение мусора не было чем-то совсем незаконным. Но в середине прошлого десятилетия государство начало мусорную реформу, и все территории были поделены на кластеры. В одном кластере может быть только один региональный оператор, который отвечает за вывоз всего мусора у населения. Но есть еще и промышленный мусор – это отдельная статья расходов/доходов. Межрегиональное захоронение мусора стало невозможно. В борисоглебский кластер вошли соседние Грибановский, Новохоперский, Поворинский и Терновский районы, где ситуация с мусором не намного лучше. Есть лицензированный полигон в Новохоперске, но возить туда мусор из Борисоглебска для регоператора далеко и накладно. Очень долго обещают начать строительство нового полигона в Грибановке. Но даже техдокументацию еще не подготовили. Хотя, говорят, вот-вот. Пока это «вот-вот», второй по величине город Воронежской области утопает в мусоре. К приезду высоких гостей центр вычищают, а окраины остаются в свалках. Сам полигон, разумеется, разносит вонь на полгорода, если ветер в «нужную» сторону. Добавьте сюда же проблему проходящей прямо под городской дорогой магистральной канализационной трубы, которая наполовину разрушена в своей верхней части и весной с талыми снегами выносит свое содержимое наружу. И вы поймете, что местами и временами в Бебске, как его называют местные жители, жить и дышать носом бывает очень затруднительно. 

Всего в Воронежской области 17 лицензированных полигонов. Проектирование новых затруднено тем, что федеральный центр не выделяет на это средства. Любопытно, что губернатор Гусев рассказывал о том, что «новый технологичный» полигон уже проектируется в соседней Грибановке. Построить новый полигон обещали к 2023 году – ждать, как говорится, недолго. Однако проектировщик, ООО «Террикон», получив более шести миллионов из бюджета, внезапно отказалось исполнять госконтракт, ссылаясь на непредоставление ему необходимых для работы материалов. Наверняка на него наложат какие-то санкции, но есть подозрение, что этот отказ выгоден тем, кто эксплуатирует действующий борисоглебский полигон. Они из-за этой рукотворной заминки выиграют минимум год-два, а то и больше. Это сговор? 

Интересен и другой момент. Новое место для борисоглебского полигона было определено еще в 2014 году. Оно удалено от взлетных полос на 27,5 км. Это место под полигон даже утверждено в генплане Борисоглебска. Но с приездом в район нового главы все работы по открытию нового полигона были свернуты. Более того, зачем-то долгое время, начиная с 2016 года, пытались узаконить расширение старого полигона. Безуспешно. 

В целом, по области ситуация с новыми полигонами развивается относительно динамично. Один построен, два уже спроектированы, еще пять проектируются. До 2026 года все они будут построены. Окажется ли в их списке новый полигон для борисоглебского кластера? Кажется, на эту тему идет большая игра. На одной чаше весов, экология, риск для военных самолетов и незаконные свалки по окраинам Борисоглебска, на другой – возможность принимать поток мусоровозов. Причем, не только из Воронежской, но и соседних областей.  

Москва очень охотно финансирует (свыше 90% сметы) мероприятия по раздельному сбору мусора. Воронежской области в прошлом году обломилось аж 300 миллионов рублей. Распределили между десятью районами. Борисоглебского в списке счастливчиков не оказалось. А зачем? Мусоропереработка все равно простаивает. Выходит замкнутый круг. Но он слишком выгоден тем, кто обилечивает грузовики с мусором. Вы верите, что там чеки выдают? Я что-то не очень. 

Вообще, Воронежская область за 2021 год переработала 1 миллион из 7,5 миллионов твердых коммунальных отходов (ТКО) и заняла по этому показателю первое место в стране. Тем более странным кажется плачевная ситуация (кому как, конечно) с мусором в Борисоглебске и примыкающей к нему Грибановке. Кстати, областные власти совсем недавно выделили 106 миллионов на рекультивацию старого грибановского полигона. Еще один организационный вопрос, который решился только месяц назад: сферу ТКО перераспределили от департамента экологии в департамент ЖКХ. В принципе, такое распределение полномочий существует во всех крупных регионах страны, но у нас со времен губернаторства Гордеева был свой особый путь. Ведь мусор в Воронеже – это не только большие деньги, но и большая политика. Теперь главный мусорщик Воронежской области – Максим Зацепин, целый зять замгенпрокурора. 

Сегодня борисоглебский полигон заполнен только наполовину от проектной мощности. То есть теоретически может принимать мусор (и приносить неучтенную прибыль) лет двадцать-тридцать. Мусороперерабатывающий комплекс по соседству с полигоном построили за счет федеральных средств еще в 2018 году и даже торжественно открыли. Смета – чуть больше 30 миллионов рублей. По сути, это быстровозводимый ангар, который установили без фундамента прямо в грунт, и типовая фасовочная линия-конвейер. Открытие оказалось лишь фикцией. Линию запустили от дизель-генератора, сняли картинку для СМИ и уехали искать инвестора. Инвестору предлагалось протянуть и присоединить электричество, залить промышленный пол и чего-то еще по мелочи. За четыре года энтузиастов не нашлось. Причин не знаю. Может быть, потенциальные инвесторы понимали, что полигон обречен на закрытие из-за соседства с военным аэродромом. Может, просто власти предлагали невыгодные условия. Есть еще одна версия, почему мусоропереработку так и не запустили: она будет мешать обилечивать несортированный мусор. Верна ли эта версия или нет, разбираться силовикам. Но стоит отметить, что одновременно деньги выделялись на строительство таких же комплексов Павловскому и Россошанскому районам. Там никаких проблем нет – все построили, все ввели в эксплуатацию, все работает. 

В общем, заниматься доведением до ума и управлением мусороперерабатывающего комплекса не стали ни тогдашний регоператор – ООО «Экоцентр», за которым торчали уши знаменитого коммунального воронежско-флоридского бизнесмена Ишутина, ни распорядитель полигона - ООО «Благоустройство», тесно связанное с борисоглебскими властями. Даже территориально ООО «Благоустройство» находится в одном здании с муниципальным комбинатом благоустройства. 

В 2018 году «Экоцентр» выиграл конкурс на обслуживание борисоглебского мусорного кластера по максимальной первоначальной цене 5,85 млрд рублей. Уж при желании денег на несколько десятков кубометров бетона и километр проводов можно бы изыскать. Через два года внезапно и без какого-либо объяснения причин функции регоператора были переданы областному госпредприятию «Облкоммунсервис». Если борисоглебские власти и пытались, что-то попилить с флоридским затворником, то не успели, не сумели. Или сумели, но не в том объеме, на который рассчитывали. 

 У «Благоустройства» другая история. Это ООО эксплуатирует полигон с 2012 года. Но у них официальная выручка – всего 18 миллионов в год. Это, прямо скажем, очень мало для того объема машин с мусором, что везут из пяти районов Воронежской области, а возможно еще и из Балашова с Урюпинском. 

В плену у элит

История с незаконной «пристройкой» к полигону вкупе с объявленным колоссальным ущербом и интересом силовиков вызвала огромный интерес СМИ. Виновник торжества - руководитель Центрально-Черноземного Росприроднадзора Алексей Карякин купался в лучах славы. Недоброжелатели, а таких у руководителя надзорного ведомства вагон и маленькая тележка, обвиняли Алексея Федоровича в желании получать личный пиар, не предлагая решения проблемы. Напоминали, что еще три года назад он сам работал руководителем областного департамента экологии и никоим образом проблему борисоглебского полигона, которая тогда была в его зоне ответственности, не решил. А теперь лишь умело давит на больную мозоль. Давит, кстати, не первый год. Только в прошлом году его управление за 90 выявленных нарушений по мусорной теме выписало почти полмиллиона штрафов. Пеняют Карякину и якобы «завышенными» суммами ущерба. Дескать, поди еще этот ущерб докажи в суде. А докажешь, попробуй взыскать. Впрочем, взыскивать – это уже не прерогатива Росприроднадзора. «Да и работа в департаменте не могла мне дать рычагов для контроля за борисоглебским полигоном, - парирует Карякин. – Тема эта была не в зоне ответственности региональных властей, а относилась, что тогда, что сейчас, к федеральному надзору». 

Здесь стоит вспомнить, что Карякин не просто федеральный чиновник, а до сих пор остается важным политическим игроком регионального уровня. Дважды кандидат в мэры Воронежа. Особа, приближенная к императору. К Гордееву, то есть. Вице-спикер Госдумы и экс-губернатор избрал экологию, а, конкретнее - защиту водных ресурсов, своим главным имиджевым проектом. Второй год Алексей Васильевич с умело подобранными энтузиастами чистит берега Дона. Месяц назад расширил свою географию таскания бревен на Битюг. До Хопра еще далеко, но и туда ГАВ №1 должен добраться. Дон, Хопер или речка-вонючка – организацией масштабных экологических экспедиций занимается Карякин. При поддержке местных властей. Наверное, при желании мог бы обилечивать желающих потаскать бревнышко с Гордеевым. Но, кажется, до этого еще не дошло. Накат Карякина на борисоглебских мусорщиков тоже можно рассматривать через призму региональной политики. 

Глава Борисоглебского городского округа Андрей Пищугин перебрался в район в 2016 году с должности главы дальнего и аграрного Воробьевского района, где оставил по себе не самую лучшую память. Разгоны сельсоветов, тогда еще не вошедшие в моду, в Воробьевке практиковались вовсю. Пищугин сохранил всего четыре органа местного самоуправления первого уровня на район. Больше десятка упразднил. За эту прыть его и приметил тогдашний руководитель управления внутренней политикой региона Андрей Марков и выдвинул в гораздо более крупный и престижный Борисоглебск.

Удаленные от областных центров уездные города обладают и своим колоритом, и своими управленческими особенностями. Здесь региональные элиты ведут себя более дерзко, что ли. Не считаться с ними наместникам нельзя. Но элиты не монолитны – примкнешь к одной группе, в жесткой оппозиции окажется другая. Борисоглебск не одинок в такой конфигурации. Те же управленческие проблемы, сопровождаемые громкими скандалами, на юге области испытывает Россошь. 

Пищугин примкнул к клану Ширяевых, владельцев местных птицефабрики и маслоэкстракционного заводов. Отец Геннадий – основатель бизнеса и экс-депутат облдумы, сын Дмитрий – действующий депутат. Ширяев-старший известен буйным нравом. Недавняя драка отца с одним из своих оппонентов – местным фермером-экоактивистом обошла заголовки всех местных СМИ. Попавшийся под горячую руку птицевода фермер снял побои и слег в больницу. Но, кажется, ничем серьезным инцидент не закончился. Ширяева обвиняли в загрязнении рек, рейдерском захвате сельхозземель, ему жгли отходы производства. В общем, жизнь - не соскучишься. 

Нам важно, что в ближнем кругу Ширяева был местный бизнесмен Николай Пашков – основной владелец того самого ООО «Благоустройство». Оно управляло борисоглебским полигоном задолго до появления Пищугина в Борисоглебске. Но, что не менее важно, смежный с официальным полигоном незаконный участок появился за год до воцарения Пищугина – в 2015 году. Скорее всего, Андрей Владимирович о его существовании не сразу и узнал. Но не узнать, что на подконтрольную тебе территорию свозят незаконное барахло с двух соседних областей, - в это поверить невозможно. Ну, одну машину с иногородними номерами пропустили, две, три. На пятой точно кто-нибудь донесет. А история продолжалась минимум два года – с 2015 по 2017 год, завезли около 24 тысяч кубов отходов. Площадь свыше восьми тысяч квадратных метров (два футбольных поля) глубиной от двух до трех метров. Когда наполнили до краев, присыпали тонким слоем грунта. 

Силовики собрали достаточно доказательств, что складировались именно иногородние запрещенные отходы. Можно было отмахнуться – давно это было, почти пять лет прошло. Но ущерб природе наступал постепенно, поэтому преступление считается длящимся. Сроков давности не будет. Впрочем, и наказание по очень редкой в применении части 1 статьи 254 УК «Порча земли» достаточно символическое – от штрафа в 200 тысяч до двухлетних исправительных работ. Еще отстраняют до трех лет от определенных видов деятельности. То есть, того, кого назначат крайним, от сладкой и денежной работы на полигоне точно отодвинут. 

Согласно базам данных, ООО «Благоустройство» на 99,96% принадлежит Николаю Пашкову, а на 0,04 % Валерию Лапе. Причем, у Пашкова и Лапы есть несколько других юрлиц в равных долях. Например, ООО «Акцент», которое также занимается мусорной тематикой. Сам Пашков еще и имеет статус индивидуального предпринимателя и владеет небольшим автопарком ассенизаторских машин, которые по счастливому совпадению льют содержимое своих бочек все в тот же незаконный полигон. 

В конце прошлого года информагенство «Абирег» выдало, очевидно, заказной материал про экопроблемы Борисоглебска. Пищугин как раз переизбирался на вторую пятилетку, 21 депутат - за, 9 - против. Среди многих обвинений в адрес борисоглебского префекта в этой статье было и такое – он и его сын Денис получили через Пашкова целых два «Туарега».  Указанные «Туареги» якобы приобретались неуказанной фирмой Пашкова, а затем их хозяином стал Денис Пищугин. В статье сказано, что эту информацию «Абирегу» сообщил депутат райсовета от партии «Родина» Вячеслав Владимиров. Он связал передачу двух «Туарегов» Пищугиным с переделом рынка уборки мусора в городе. В августе 2021 года в конкурсе на уборку победило некое ООО «Экосистемс» из Каменского района, но их странным образом от работы устранили. Заявление Владимирова и «Абирега» серьезное, никем до сих пор не дезавуированное. А потому тоже требует проверки. И, кажется, сейчас цена этих «Туарегов» больше, чем официальная годовая выручка «Благоустройства». По сведениям других наших источников, Денис за эти «Туареги» заплатил. Но вопрос, откуда у молодого человека деньги и зачем сразу два джипа, остается открытым. Не для того ли, чтобы папа мог спокойно ездить на одном из них, не указывая его в декларации? 

Кто является реальным бенефициаром «Благоустройства» и на каком базисе основана любовь Пашкова и Пищугина? Если силовики докопаются и здесь до истины, то может быть «ой». Пока же Пищугин не собирается посыпать голову пеплом. Пока идет проверка, он продолжает работать. 

Вообще, ситуация в Борисоглебске и в социально-экономическом, и во внутриполитическом, и, как следствие, электоральном довольно напряженная. Сам Пищугин как был ставленником Андрея Маркова (ныне депутат Госдумы), так и остается его верным пажем. Марков тесно связан с бывшим многолетним главным мусорщиком/коммунальщиком региона Вадимом Ишутиным, который более шести лет скрывается от российского правосудия в США, но связей с регионом не теряет, от бизнес-интересов не отказывается. О чем нам наглядно говорит тот же «Экоцентр» и его госконтракты. Марков и Ишутин – пара истребителей, один бомбит по политике, другой по бизнесу. Пищугин – марковец, следовательно, ишутинец. А мы помним, что под Ишутиным почти десятилетие был почти весь коммунальный бизнес Воронежской области. А мусорный бизнес – это лучшая часть коммунального бизнеса. 

На прошлой неделе, сдав борисоглебские дела силовикам, Карякин выкатил Ишутину ущерб за многолетнее загрязнение воронежского воохранилища «Левобережными очистными сооружениями» в размере умопомрачительных 5,9 млрд рублей. Было бы интересно попристальнее изучить смету ущерба. Но ее со временем изучит суд. Никто такие деньги добровольно платить не будет. Меня развеселило совпадение (если это совпадение, а не шутка черного юмора): десятилетняя выручка ишутинского «Экоцентра» по госконтракту регоператора составляет те же 5,9 млрд рублей. Можно сказать, совпадение. А, можно сказать, приглашение на танец. Ведь сколько Ишутин не заявляет из-за океана об окончательном и бесповоротном отказе от ведения бизнеса в Воронеже, список топ-менеджеров и даже бухгалтеров его фирмочек не меняется. Иногда только появляются загадочные совладельцы, очень похожие на смотрящих. 

В общем, сегодня уши Ишутина в теме мусорного борисоглебского коллапса, если и торчат, то не сильно. Только через политическую связку через Маркова. Хотя известно, что Пищугин и Ишутин были на прямой связи через океан, пока ишутинская фирмочка была регоператором борисоглебского кластера. А образовалась от этих контактов взаимная выгода или нет, оставим разбираться тем, кому положено. 

Для Маркова, сменившего в 2021 году поневоле госдумовский округ, Пищугин что-то вроде спасательного круга. Он – единственный глава района, с которым у Маркова выстроены доверительные отношения. Можно сказать, его близкий соратник. И, выбивая табуреточку из-под Пищугина, Карякин выбивает ее и из-под Маркова. Марковский партнер Ишутин очень много гадостей наделал Карякину, когда тот еще «Водоканалом» командовал. А месть это блюдо, которое надо подавать холодным. 

Но мы далеки от мысли, что Карякиным двигал мотив изощренной мести Ишутину, Маркову или Пищугину. Алексей Федорович – человек очень прагматичный. А такие проверки, которые заканчиваются публичным наказанием виновных, ложатся в копилку и становятся кирпичиками для продолжения карьерного роста. 

Пять пищугиных посадил, и ты – губернатор.

Текст: Александр Пирогов