«Не знала, куда идти»: мать воронежского бойца добилась ответов о судьбе сына

В Воронеже история одной матери показала, насколько хрупкой бывает опора, когда близкий человек пропадает без вести. Жительница города, чей сын ушёл на службу по контракту, месяцами жила в тревожной неизвестности и в какой‑то момент поняла, что не знает, к кому обратиться за ответом.

Её сын, рядовой Ш., родился в 1985 году. Он заключил контракт с Министерством обороны, и с января 2026 года перестал выходить на связь. Для матери потянулись дни, наполненные ожиданием и страхом: ни весточки, ни официальных сведений о местонахождении сына, ни даже намёка на то, что с ним происходит.

Первая ясность появилась с извещением из воинской части. В документе значилось, что рядовой Ш. пропал без вести в июле 2026 года при выполнении задач специальной военной операции. Но сухая формулировка не давала ответов на самые важные вопросы.

Женщина обратилась за содействием к уполномоченному по правам человека в Воронежской области. В аппарате омбудсмена не стали ограничиваться консультацией и по обращению матери направили официальный запрос в войсковую часть в Ленинградской области. В нём просили предоставить копию контракта о прохождении военной службы, справку об обстоятельствах исчезновения (либо возможной гибели) военнослужащего, а также сведения о принятых мерах по розыску.

Ответ из части подтвердил, что рядовой Ш. числится в списках без вести пропавших. При этом запрашиваемые документы были направлены в военный комиссариат Воронежа. Именно туда мать пришла за бумагами, которые стали для неё подтверждением, что о её сыне помнят, его ищут, а её вопрос не остался без внимания. Там она смогла забрать документы лично.

В аппарате уполномоченного по правам человека подчеркнули, что главная задача в таких ситуациях помочь семье получить официальную информацию:

«Когда человек пропадает, любая подтверждённая деталь становится опорой. Даже если эта деталь — просто строчка в справке».