«Без кошек никак мне нельзя»: 82-летний переселенец в Воронеже рассказал о жизни в ДНР

В Воронеж привезли уже четыре состава с жителями Донецкой и Луганской народных республик. Переселенцам пришлось бежать, оставив дома все вещи. Людям становится все страшнее. 140 беженцев расселили в лагере «Голубой экран» в одном из микрорайонов Воронежа.

Люди, оказавшиеся в столовой после нескольких часов пути, выглядели уставшими и потерянными. Они поели, и их начали расселять по комнатам. Корреспондент «Воронежских новостей» увидела одинокого дедушку. 82-летний Олег Иванович был рад поделиться своей историей. И просто поговорить. 

Олег Иванович, откуда вы приехали?

- Я с Красноармейского села. Это в Новоазовском районе Донецкой области. Там у меня нет хозяйства уже, но есть три котёнка. Без кошек никак мне нельзя. Но пришлось малюток в будку положить, я им еды дал, а там мышами прокормятся. А сам поехал. Ну куда мне их взять с собой, как их везти? Пришлось так.

Долгий путь был? 

- Ой, очень долго. С блокпоста доехали до каких-то палаток, а там нас на автобус посадили. Куда-то приехали и очень долго стояли. Потом нас пересадили на другой автобус и привезли до Таганрога. Там уже пересели на поезд. Ехали, ехали, а куда не знаем. Я и не думал, что Воронеж так далеко. Расстояние вымотало. По моим подсчётам, 11 часов ехали.

Кто-то из близких остался там? В Россию вы один приехали? 

- Один. А там только две соседки остались. Ну у них есть подвал и хозяйство. А у меня нет ничего, вот и уехал, страшно все-таки. А родственники почти все погибли от нездорового образа жизни: родной брат до 60 лет не дожил, племянница моя в 52 скончалась, ещё один брат двоюродный в 40 лет. Жена есть, она сейчас от сахарного диабета лечится. Супругу мой сын с невесткой в Питер отвезли. А до этого я её три года выхаживал, она от этой болезни ослепла. Сейчас насколько знаю, сахар у неё в норме, отёки ушли. Но если вдруг скончается, на похороны надо будет где-то искать 100 тысяч. А у меня пенсия 8 700. А так супруга должна приехать домой в апреле.

А звонили уже жене, говорили, что приехали в Воронеж? 

- Я не звоню им. Очень дорого выходит разговор. Обычно сын звонит мне, он зарабатывает. 

В вашем селе часто слышны выстрелы в нынешнее неспокойное время? 

- Да, сильно у нас долбают. И в соседних сёлах тоже: Октябрьское, Куликово. Люди гибнут. Ещё дома показывали в Донецке разбитые. В 2018 году в центре аптеку повредили, два магазина, около 16 домов разрушены. А мой дом с тех времен начал качаться. Однажды думал землетрясение. Сам глухой на одно ухо, жену спрашиваю, а она: бомбят прям рядом. Вот у соседки снаряд упал, но не взорвался. А у меня шифер сполз от ударов.

Много вещей с собой успели взять? 

- Да не особо, ну я взял все необходимое: одежду сменную, всякие гигиенические средства. Одно барахло. А оказалось, что это все не надо, тут итак все дают. Вот тапочки надо было взять и еды. Но я купил печенье, бублики, оставил дома, жена любит. Вдруг там окажется раньше меня. И холодильник не выключал, а так все обесточил. Просто в холодильнике еда пропадёт. Хотя если бомбанут, все равно пропадёт.

Олег Иванович, а вы сами где родились? 

- Родился в Душанбе. А вырос в Самарканде. Вообще без родителей рос. Мать умерла, когда мне 6 лет было. Отец на фронт ушёл, потом пропал без вести. А потом выяснилось через человека, который с ним в поезде ехал, что отца в ногу и руку ранили. Он не мог двигаться. Поезда гитлеровцы все громили, шесть составов с ранеными было. Некоторые сбежали, кто мог ходить.

А воспитывали меня мамина родная сестра. В Мариуполь приехал по слову комсомола. Надо было восстанавливать Украину: заводы были разбитые, села уничтожены, дома разрушены. А теперь говорят на нас, что мы москали, что надо украинскую мову знать. А я не знаю, я русский! С другом даже поссорились давно на эту тему. Он стал украинцем после распада союза и заявил, что раз я по-русски говорю, так он меня больше видеть не желает. А я не собирался украинский знать. Вот так! 

Будете возвращаться или останетесь в России? 

- Вообще, я планирую получать паспорт. Вот 2 марта надо документы сдать. Сейчас хорошо в Новоазовске получать. Мне близко туда, а раньше не было паспортного стола.

Так-то если бы у меня уже был российский паспорт, я б и в Воронеже остался. Но я любитель земли, да и денег надо на квартиру. Буду возвращаться, заведу козочек, овечек. Без земли не могу.

В конце интервью Олег Иванович отметил, что никогда в жизни за свои 82 года не бывал в санаториях, домах отдыха, профилакториях:

- И вот! Попал! Удивительно. А все благодаря войне... Лучше б так и не побывал в санатории, и лучше войны не было бы.

Текст: Свириденко Алена