Уголовное дело Еркнапешяна и К, кажется, самое долгоиграющее во всей системе следствия и правосудия в Воронежской области – оно длится с апреля 2015 года, то есть семь лет и один месяц. Сказать, что продлится столько же, не могу, но и в этом году вряд ли закончится. На скамью подсудимых возвращаются одиннадцать человек. Они полировали эту лавочку с 2017 по 2021 год. Дело изобиловало различными домыслами и инсинуациями. Самой громкой, звучавшей в суде, была фамилия Алексея Гордеева. По показаниям Еркнапешяна, именно Гордеев (странно, что не Путин или Обама) распорядился не проверять на перегруз машины знаменитой армянско-дорожной фирмы «Навастрой», с которой и началось это многоэпизодное дело. Закончившееся (первый сезон) грандиозным скандалом. После того, как в августе 2021 года гособвинение запросило подсудимым за многочисленные эпизоды взяток, мошенничества, а также за участие в ОПГ реальные и огромные сроки (Еркнапешяну – 16 лет, остальным от 6 до 13), судья Советского райсуда Наталья Ильченко удалилась в совещательную комнату более, чем на месяц, и 15 сентября огласила сенсационный приговор: подсудимые были оправданы по большинству эпизодов обвинения, наиболее тяжких. В первую очередь, судья не поверила в то, что подсудимые были организованной преступной группой, и оставила всех на свободе. Лишь несколько человек, включая самого Еркнапешяна, получили штрафы. Заодно Ильченко сняла аресты с недвижимости двух главарей – Еркнапешяна и предпринимателя Артура Минаева. Если не дураки, за эти почти восемь месяцев с недвижимостью успели расстаться.

То, что приговор будет отменен, было ясно сразу. Строились даже прогнозы, уедет ли уроженец Армении Еркнапешян на свою историческую родину. Не уехал – время не пришло. В деле 101 том, и это снова надолго. Но Жозеф Жораевич может сделать это в любой подходящий момент – никаких ограничений у него нет. Только после отмены приговора вернулась подписка о невыезде за пределы региона. Вряд ли эта подписка остановит. Ведь с учетом 62-летнего возраста и инвалидности главного подсудимого приговор ему может обернуться фактически пожизненным сроком.

История длится с 1 апреля 2015 года, когда совладелец и гендиректор «Навастроя» Наири Нахатакян дал воронежским чекистам признательные показания на начальника областного управления Госавтодорнадзора Жозефа Еркнапешяна о том, что тот за определенную мзду дал команду не досматривать грузовики его фирмы. «Навастрой» - это самая крупная фирма в дорожном строительстве Воронежской области. 60% «Навастроя» в тот момент владел патриарх воронежского дорожного бизнеса и лидер армянской общины Воронежа Камо Чобанян.

Почему и как ФСБшники сумели разговорить Нахатакяна остается загадкой. Но через него добрались до зама Еркнапешяна Максима Логачева и якобы даже взяли его с поличным (поличным чего?). Правда, никаких обвинений Логачеву так и не было предъявлено. Он остался в статусе свидетеля, но у оперативников появился полный расклад.

Через два года на скамье подсудимых оказались одиннадцать человек – должностные лица Госавтодорнадзора и дорожно-постовой службы, а также сотрудники фирмы «Автолюкс», обслуживавшего посты весового контроля. Они шерстили и обилечивали водителей грузовиков на «курском» посту на выезде из Воронежа. Цена проезда фуры с перегрузом колебалась от 500 до 50 тысяч рублей. Причем, непосредственно на посту деньги не собирали. У каждого члена сообщества была своя роль в преступной схеме.

Само четырехлетнее судебное разбирательство постепенно ослабляло интерес к процессу. Разве что, СМИ обратили внимание, что генерал дорожных войск стал ходить на заседания с бадиком и как-то сильно постарел. За время разбирательства Еркнапешян успел себе оформить вторую группу инвалидности, и в СМИ мелькнуло предположение, что он заранее готовится к «актировке» - освобождению от наказания в связи с тяжелым заболеванием. Тем более, у другого знаменитого воронежского дорожника Александра Трубникова подобный фокус прокатил, и он уже седьмой год успешно живет с «четвертой терминальной стадией рака». Успел развестить (из-за денег) и снова жениться (наверное, по любви). А должен был мотать восьмилетний срок за особо крупную взятку.

Процесс шел нудно. Умные задним умом участники процесса потом говорили, что судья необычайно пристрастно допрашивала некоторых, наиболее уязвимых свидетелей. Как будто не судья она вовсе, а адвокат. Загадка пришла во время приговора. Ильченко признала недостоверными показания сразу полдюжины свидетелей. И этой «недостоверностью» обосновала свой приговор.

Приговор был сродни взрыву атомной бомбы. Сразу несколько телеграм-каналов разнесли весть о том, что Ильченко после вынесения подала заявление о выходе в отставку. Другой, более правдоподобный слух был о том, что родной брат Ильченко, бывший следователь Следственного комитета, ранее был осужден за взятку, а незадолго до приговора по делу Еркнапешяна он был выпущен по УДО. Причем, оба дела были фээсбешные и вынесение оправдательного приговора могло иметь мотивом личную месть системе. Ильченко даже через официальные СМИ опровергла слухи о своей грядущей отставке, что само по себе невероятное событие, но вот про историю с братом предпочла не распространяться. Зато и после вынесения приговора судья райсуда сумела чуть-чуть повлиять на сроки рассмотрения дела в апелляции. Она (формально - ее помощники) более трех месяцев не могли изготовить протоколы судебных заседаний. По закону на это дается три дня.

Резонанс от приговора был таков, что новый прокурор области Николай Саврун даже упомянул его в своем итоговом интервью в декабре и пообещал бороться за его отмену. После этого стало совершенно очевидно, что отмена приговора лишь вопрос времени. 1 апреля после семи лет с начала этого уголовного дела, день в день, приговор госпожи Ильченко был отменен судебной коллегией облсуда. В отношении судьи было вынесено частное определение. Оказывается, второпях Наталья Вячеславовна попросту забыла огласить часть приговора – больше двух десятков страниц. В частном определении было также отражено, что арест с недвижимости Еркнапешяна и Минаева был снят незаконно.

Но главное, что стало основной причиной отмены всего приговора, а не его «точечного» изменения – это признание необоснованным отказа принять во внимание ряд показаний. Тех самых свидетелей, показания которых Ильченко сочла недостоверными. Не согласился облсуд и с тем, что Ильченко переквалифицировала некоторым фигурантам статьи с более тяжких на менее тяжкие – со взятки на мошенничество. Кстати, эта переквалификация помогла, кроме прочего, вывести такие эпизоды за «первый» срок давности – шесть лет. И за такое «мошенничество» фигуранты никакого наказания не понесли, хотя и не были оправданы. Такая лукавая, хотя и распространенная практика российского правосудия – чтобы и волки были сыты, и овцы на свободе.

24 апреля уголовное дело вернулось из облсуда назад в Советский райсуд, где будет рассмотрено по второму кругу «в новом составе суда». Новый состав – это потомственный судья Алексей Ковешников. Пока можно с уверенностью предположить, что первое судебное заседание будет «предварительным», то есть по ходатайству кого-то из защиты на нем будут обсуждать чисто процедурные вопросы. А именно допустимости-недопустимости тех или иных доказательств и/или возвращении дела прокурору. По итогам предварительного заседания суда должно быть вынесено решение, которое наверняка будет оспорено в областном суде. И с большой долей вероятности сам процесс, то есть разбирательство по существу дела, плавно перетечет на осень.

В деле у обвиняемых есть несколько категорий статей УК, и у каждой из них свой срок давности. Легкие - 6 лет, они автоматически отпадут, но без реабилитации, если обвиняемые с этим согласятся. Тяжкие - 10 лет, ждать и терпеть осталось всего два года одиннадцать месяцев. И особо тяжкие - тут 15 лет и можно не ждать. В анамнезе только у Еркнапешяна и Минаева, а так же у водителя

Сергея Шерстюкова есть по два эпизода особо тяжких преступлений – по две особо крупные взятки. Тут как бы без вариантов: в конце будут реальные большие сроки. А скощухи за возраст и болячки будут весьма условными. «Актировка», то есть статья 81 УК, на практике применяется уже после того, как осужденный прибыл в колонию.

Еще у одного обвиняемого - одна особо крупная взятка, но «через тридцатую» - то есть покушение на взятку. Чуть полегче, но вряд ли и он избежит реального срока. С остальными обвиняемыми, у тех, у кого «просто» тяжкие статьи, возможно, будет торг. Условняки в обмен на полное признание оставшихся от срока давности обвинений. Задача суда и обвинения получить после скандального приговора образцово-показательный процесс. Чтобы комар в высших судебных инстанциях носу не подточил.

Но все эти расклады возможны только в одном единственном случае – если с подсудимых будет снята знаменитая, но такая недоказуемая 210 статья УК «Организация преступного сообщества и участие в нем». За последние годы в суд дошли с 210-й только два дела – дорожной «банды» Еркнапешяна и банды сутенеров адвоката Климова. Климову, прямо скажем, не повезло – ему приговор выносили чуть позже Еркнапешяна. А две ошибки подряд система допустить не могла. В декабре Климова и семерых его сутенеров признали организованной преступной группой. Климов уехал на 13,5 лет. Приговор оспаривается. В общем, загадывать отвалится или не отвалится 210-ая, как в новом процессе дорожников, так и в апелляции у сутенеров – дело неблагодарное. А от этого зависит суровость окончательного приговора.

Но если бы мы занимались букмекерской деятельностью, то посоветовали нашим читателям в качестве самой надежной ставку на то, что заварившая кашу судья Ильченко уйдет в отставку раньше, чем Еркнапешян сядет в тюрьму (вариант - сбежит в Армению). В этом году у Натальи Вячеславовны будет право на полную судейскую пенсию и ничто ее держать в системе уже не будет. Правда, полномочия ее истекут только в 2024 году. Если она все-таки поползет до финала на ободах правосудия, то и здесь Жозеф Жораевич сможет ее опередить – ведь прошлый процесс он сумел растянуть аж на четыре года.

Ну и на закуску – анекдот. Встретились на том свете русский, грузин и армянин и стали рассказывать, кто как сюда попал. Оказалось, что у всех причина одна – автомобиль. Русский купил «Калину» в базовой комплектации, отказали тормоза – врезался в дерево. Грузинский джигит не стал менять летнюю резину на зимнюю, попал колесами на сошедший с горы снег и с серпантина улетел в пропасть. А армянин купил «Бентли» и умер с голоду.

Одни покупают «Бентли», другие – оправдательные приговоры. Результат один и тот же.

Александр Пирогов

Читайте
"Воронежские новости" в: